7 декабря, 2021
Дэвид Стейндл-Раст: Безмолвная открытость – это прекрасная форма молитвы

Дэвид Стейндл-Раст: Безмолвная открытость – это прекрасная форма молитвы

Дэвид Стейндл-Раст родился 12 июля 1926 года в Вене, Австрия. Его имя, данное при рождении было Франц Куно Стейндл-Раст и он провел свои ранние годы в маленькой деревне в Альпах. Все свои подростковые годы он провел под нацистской оккупацией, был призван в армию, но так и не попал на передовую. В конце концов ему удалось бежать, и до окончания оккупации его прятала мать.

После войны Франц изучал искусство, антропологию и психологию, получил степень магистра в Венской академии изящных искусств и степень доктора философии в Венском университете. В 1952 году он вместе с семьей в США. В 1953 году он вступил в недавно основанную бенедиктинскую общину в Эльмире, штат Нью-Йорк, монастырь Маунт-Спасиор, где стал “братом Дэвидом”. В 1958/59 гг. брат Дэвид был постдокторантом в Корнельском университете, где он также стал первым римским католиком, участвующим в Лектории Эндрю Торпа, после епископа Дж.Д.Р. Робинсона и Пауля Тиллиха.

После двенадцати лет монастырского обучения и изучения философии и теологии брат Дэвид был направлен своим настоятелем для участия в буддийско-христианском диалоге, на что он получил одобрение Ватикана в 1967 году. Его учителями дзэн были Хакуун Ясутани Роши, Соэн Накагава Роши, Шунрю Судзуки Роши и Эйдо Шимано Роши. В 1968 году он стал одним из основателей Центра духовных исследований и в 1975 году получил премию Мартина Бубера за достижения в наведении мостов между религиозными традициями.

Вместе с Томасом Мертоном брат Дэвид помог начать обновление религиозной жизни. С 1970 года он стал ведущей фигурой в движении “Дом молитвы”, которое затронуло около 200 000 членов религиозных орденов в США и Канаде. С 1970-х годов брат Дэвид является членом «Линдисфарнской ассоциации историка культуры Уильяма Ирвина Томпсона”.

На протяжении десятилетий брат Дэвид делил свое время между периодами отшельнической жизни и обширными лекционными турами на пяти континентах. Например, во время двухмесячного лекционного тура по Австралии он прочитал 140 лекций и проехал 12 000 миль по Австралии без остановок. Среди его широкой аудитории были студенты из Центральной Африки и преподаватели Гарвардского и Колумбийского университетов, буддийские монахи и суфийские участники рертритов, индейцы племени папаго и немецкие интеллектуалы, коммуны Нью-Эйдж и курсанты ВМФ в Аннаполисе, миссионеры на полинезийских островах и собрания в Организации Объединенных Наций, “зеленые береты” и участники международных конференций по вопросам мира. Брат Дэвид привнес духовную глубину в жизнь бесчисленного множества людей, которых он коснулся своими лекциями, семинарами и трудами.

Он участвовал во многих книжных и периодических изданиях – от “Американской энциклопедии” и “Новой католической энциклопедии” до журнала “Нью Эйдж” и журнала “Парабола”. Его книги переведены на многие языки. Книги “Благодарность, сердце молитвы” и “Слушающее сердце” переиздавались и составляли антологии на протяжении более чем двух десятилетий. Брат Дэвид стал соавтором книги “Принадлежность к Вселенной” (лауреат Американской книжной премии 1992 года) – диалога о новой парадигме мышления в науке и теологии с физиком Фритьофом Капрой. Его диалог с буддистами вылился в книгу “Земля, которую мы разделяем: Буддийская и христианская практика, написанная в соавторстве с Робертом Эйткеном Роши.

Брат Дэвид опубликовал главы или интервью более чем в 30 книгах. Статья брата Дэвида была включена в сборник “Лучшая духовная литература” за 1998 год. Его многочисленные аудио- и видеокассеты широко распространены.

В настоящее время брат Дэвид служит всемирной Сети благодарной жизни через Gratefulness.org, интерактивный сайт, на котором ежедневно участвуют несколько тысяч человек из более чем 240 стран и территорий.

Мы переживаем сезон обновления в мире природы и в духовных традициях. Это заставляет нас вернуться к мудрости брата Дэвида Штайндл-Раста. Будучи бенедиктинским монахом более 60 лет, Штайндл-Раст сформировался под влиянием катастроф 20-го века. Он называет благодарность “счастьем, которое не зависит от того, что происходит”. И его благодарность – это не просто эмоциональное благодарение, а полнокровная, основанная на реальности практика и выбор.

Ниже – избранные мысли брата Дэвида Стейндла-Раста из беседы с ведущей подкаста «О бытии» Кристой Типпетт:

***

Причина, по которой я использую слова “благодарность”, “признательность” и “благодарение” именно так, как я их использую, заключается в том, что нам действительно нужны разные термины для нашего опыта. И мы все знаем по опыту, что в моменты, когда благодарность поднимается в наших сердцах, сначала мы переживаем, как будто что-то наполняется внутри нас, наполняется радостью, правда, еще не выраженной. А затем наступает момент, когда сердце переполняется, и мы поем, и благодарим кого-то; для этого мне нравится другой термин, я называю это “благодарением”. Эти два термина – два аспекта, или две фазы, процесса, который является благодарностью, поэтому я и использую его таким образом.

***

Для меня идея слушать, смотреть и созерцать – возникает, когда люди спрашивают: “Ну, как же нам практиковать эту благодарность?”. И здесь есть очень простая методология: Остановись, посмотри, иди. Большинство из нас зациклены на расписаниях, сроках и спешке, и поэтому первое, что мы должны сделать, это остановиться, потому что иначе мы вообще не входим в этот настоящий момент, и мы даже не можем оценить возможность, которая нам дана, потому что мы спешим, и она проносится мимо. Поэтому остановиться – это первое.

Но это не обязательно должно быть долго. Когда вы занимаетесь практикой, достаточно доли секунды – “стоп”. А потом вы смотрите: Какова сейчас возможность этого момента, только этого момента, и уникальная возможность, которую дает этот момент? И вот тут-то и приходит это созерцание. И если мы действительно видим, что это за возможность, мы, конечно, не должны останавливаться на этом, но мы должны что-то с этим делать: Идти. Воспользуйтесь этой возможностью. И если вы сделаете это, если вы попробуете практиковать это в данный момент, сегодня вечером, мы уже будем более счастливыми людьми, потому что это имеет немедленный отклик радости.

Не за все, что вам дается, вы можете быть благодарны. Вы не можете быть благодарны за войну в данной ситуации, или насилие, или домашнее насилие, или болезнь, и тому подобное. Есть много вещей, за которые вы не можете быть благодарны. Но в каждый момент времени вы можете быть благодарны.

Например, возможность научиться чему-то на очень сложном опыте – чему-то научиться, вырасти на этом опыте, или даже выразить протест, встать и занять позицию – это прекрасный дар в ситуации, когда все не так, как должно быть. Так что возможность – это действительно ключевой момент, когда люди спрашивают: “Можете ли вы быть благодарны за все?”. – Нет, не за все, но за каждый момент.

***

Наука действительно заново открыла духовность, потому что слово “духовность” происходит от “spiritus”, что означает “жизнь”, “дыхание”, “бодрость”. Духовность – это бодрость на всех уровнях. Она должна начинаться с нашей телесной бодрости.

Когда мы говорим “духовность”, мы также имеем в виду оживление взаимосвязей, оживление наших отношений с той великой божественной тайной, с которой мы сталкиваемся как человеческие существа и от которой мы можем отвернуться, забыть или быть мертвыми для нее. Мы оживаем в ней. И все это оживление – это и есть духовность. И вот наука обнаружила, что когда люди благодарны, они оживают.

***

“Религия” – трудное слово, потому что оно действительно объединяет две очень, очень разные вещи, и вы никогда не уверены, о какой из них вы говорите, когда говорите “религия”. Все люди – религиозные существа. Это означает, что мы открыты для этой великой тайны, для которой некоторые используют слово “Бог”, но независимо от того, используют они его или нет, мы все сталкиваемся с этой великой тайной как человеческие существа. И в этом смысле религиозность очень близка к духовности.

Другое дело, что из этой религиозности человеческие существа в определенные периоды истории создавали исторические и социальные тела, которые называются религиями, или религиозными традициями; обычно все начинается с основателя, который является особенно духовной личностью, глубоко духовной личностью, а затем она как бы обретает собственную жизнь. Она словно застывает. Поэтому я сравниваю эти религии, которые мы находим в мире, со старыми вулканами. Когда-то они извергали огонь и представляли собой великолепное зрелище, а теперь лава застыла, и никто не узнает, что когда-то это был огонь. Это все камень.

Но то тут, то там появляется кто-то, например, мать Тереза, Оскар Ромеро или Сезар Чавес, кто угодно, делает небольшую трещину, и снова появляется этот живой огонь. И вы должны делать это же с теплом своего собственного сердца. На каждом из нас лежит определенная ответственность, если мы придерживаемся той или иной религии, в этом есть свои большие преимущества, потому что это дает нам формы. Она дает нам примеры. Она дает нам родственников во всех других, которые когда-либо принадлежали к ней и будут принадлежать. Это хорошее, здоровое встраивание, но оно также стоит большой работы, внутренней работы.

***

Я считаю, что каждый из нас – мистик, потому что у нас есть этот опыт причастности. Когда мы влюбляемся, у нас есть это чувство причастности. Или иногда, без всякой особой причины, вдруг на природе вы чувствуете себя единым целым со всем. Это есть у каждого человека.

Но те, кого мы называем великими мистиками, позволяли этому опыту определять и формировать каждый момент своей жизни. Они никогда не забывали об этом. А мы, люди, все остальные, склонны забывать об этом. Мы просто забываем. Но если мы помним об этом, тогда мы действительно связаны с великой тайной, и тогда мы можем найти в ней радость.

 Мистик – это не какой-то особый человек. Каждый человек – это особый вид мистика. И я никогда не был рядом с тем особым видом мистика, которым ты можешь быть, потому что ты уникален.

Тайна в мистическом опыте это то, что мы не можем постичь. Мы не можем выразить это словами, мы не можем представить это в образе, мы не можем выразить это в концепции. Мы не можем постичь это, но мы можем понять это.

Есть большая разница между постижением и пониманием. И вы понимаете это, будучи схваченными. И многие люди испытывают это на другом уровне, с музыкой – вы понимаете музыку, но не можете ее постичь.

Вы даже не можете говорить об этом, потому что у вас нет слов и понятий. Но вы можете понять это, если позволите этому завладеть вами, и отдадитесь музыке. И эта великая тайна – вы можете назвать ее “жизнью” или “Богом”, или как угодно – эта великая тайна, с которой всегда сталкиваются все человеческие существа: которую мы также не можем постичь, но мы можем понять, если позволим ей сделать что-то с нами. И эта открытость может быть совершенно безмолвной. Безмолвная открытость – это прекрасная форма молитвы.

Поделитесь с друзьями