7 декабря, 2021
Святое невежество: когда у религии и культуры расходятся пути

Святое невежество: когда у религии и культуры расходятся пути

В 2020 году у меня была возможность встречаться и дискутировать с прекрасным специалистом по религиозной конфликтологии Яном Де Фолдером (Jan De Volder), профессором Католического университета Левена (KU Leuven), который целый семестр читал в нём курс «Религия, конфликты и мир». Мы рассматривали и обсуждали самые различные кейсы религиозных конфликтов — от религиозных факторов российско-украинской войны, до столкновений исламистов в Африке и на Ближнем Востоке. В завершение курса, как изюминку на торте, профессор устроил встречу студентов с ведущим французским политологом и социологом религии Оливье Руа. Также была поставлена ​​задача прочитать книгу «Святое невежество. Когда пути религии и культуры расходятся», которую Оливье Руа опубликовал в Париже в 2013 году.

Религиозный спрос и его причины

Вывод из прочитанного, а затем и услышанного, для меня не оказался новым, я о подобном уже неоднократно размышлял ранее, но все же оттого стал не менее разочаровывающим: в Европе институционализированная религия теряет свои позиции перед духовным индивидуализмом. Люди черпают то, что им нужно от различных религиозных движений, и с каждым годом все больше и больше верующих предпочитают не отождествлять себя с определенной религиозной институцией. Есть спрос на новые постмодернистские формы религиозности, но пока ни одна историческая религия не может полностью удовлетворить его. И, наверное, не сможет и в будущем. Либо появится принципиально новая религия, либо стабилизируется духовный индивидуализм, который откусит от приходов большую часть религиозной паствы.

На это есть несколько причин. Среди них урбанизация, повлекшая за собой индивидуализм и автономию горожан; секуляризация, которая была результатом отделения церкви от государства; и, конечно же, глобализация, превратившая все человеческие коммуникации в однородный и неограниченный рынок. Цифровизация человеческой жизни только усугубила все эти процессы. В результате сегодня у нас есть глобальный религиозный рынок: мировые религии выступают на нем как участники рынка и поставщики, конкурирующие, чтобы удовлетворить духовные потребности потребителей. «Секуляризация возникает не потому, что она маргинализирует религию, а потому, что она изолирует религию от культуры и делает религиозный объект независимым», — констатирует Оливер Руа в шестой главе своей вышеупомянутой книги. Вследствие этого религиозные «товары» отделяются от своего культурного происхождения, и люди потребляют культуру и религию отдельно.

Каково христианское будущее Европы?

В свете подобных процессов, по моему мнению, возрождать и обновлять исторические религиозные формы при таком контексте бесполезно — это все равно, что вливать новое вино в старые мехи (хотя следует отметить, что религиозный фундаментализм и обрядовый традиционализм по-прежнему востребованы у определенной узкой аудитории). Чтобы сохранить христианскую миссию, сегодня нужно говорить уже не об инкультурации Евангелия, а о его акультурации, и даже о декультурации — как и всего христианства в целом. То есть нужно суметь создать такие альтернативные формы христианской жизни и культа, в которых культурный элемент полностью бы отсутствовал, но при этом не терялась сущностная сторона христианской веры — служение Богу и ближнему в полноте даров и в преемственности Святого Духа.

Для исторических церквей это практически невыполнимая задача, потому что она идет вразрез с основами их идентичности. Православный без византийской обрядовости почувствует себя кем-то вроде католика и испытает кризис, а католик без традиционных форм мессы и церковно-храмовых элементов рискует почувствовать себя протестантом и отпасть от своей Церкви, равно как и попасть под подозрение и даже осуждение более традиционных своих собратьев как это часто происходит с неокатехуменальными и харизматическими общинами внутри РКЦ и УГКЦ. Ситуацию усугубляет то, что осознание потребности в таком миссионерском подходе еще очень далеко от нас, этот вызов еще не обсуждается даже в западных церквях вне кругов социологов религии и академических миссиологов.

Реформы Второго Ватиканского Собора замедлили центробежные процессы в Католической церкви, но основы церковной жизни остались прежними. Сложно предсказать, справится ли Церковь с этим вызовом в будущем: может быть да, может быть нет. В первом случае доведется пережить очень мощный кризис, который даже в сравнении с последствиями Второго Ватиканского Собора покажется эсхатологическим коллапсом. Во втором случае Церковь будет уменьшена до небольших общин (как предсказывал Папа Бенедикт XVI), в которых сама историческая церковная культура вымрет или сильно изменится. При этом также сохранятся островки любителей исторической реконструкции, но их будет еще меньше, чем маргинализированных христиан. Итак, оба варианта оптимистичны, но я не даю пессимистических, потому что врата ада в любом случае не победят Церковь Христа.

В течение нескольких лет я уже замечал упомянутые выше тенденции и прикидывал, что именно Церковь могла бы предложить с тем, чтобы использовать, казалось бы, разрушительную силу волн времени на свою корысть. Однако считаю свои предварительные предположения относительно возможных успешных форм современной европейской христианской миссии недостаточно обоснованными, чтобы сейчас их озвучивать. Среди успешных примеров такого рода в других религиях — практика йоги как гимнастики, випассана, а также различные технологии майндфулнес, которые практически полностью декультуризовали породивший их изначальный контекст. Христианская миссия так же должна найти баланс между доставкой неизменного содержания Благой вести и удовлетворением духовных потребностей и поисков современного человека. Боюсь, простого решения нет; нужны многочисленные эксперименты и работа аналитиков в многопрофильных рабочих группах.

Заключение

Исследования таких специалистов как Оливье Руа помогают нам ориентироваться в хитросплетениях запросов современного глобального общества, учат раскрывать проблемы христианского свидетельства и находить их возможные решения. Религиозный рынок диктует свои правила, и актуализация открываемых человеку вечных истин требует принципиально новых подходов.

Иустин Михаил Шелудько,

иеродиакон Православной Церкви Украины

Поделитесь с друзьями